Плохой урожай: за что заморожены активы одного из крупнейших агрохолдингов России

Плохой урожай: за что заморожены активы одного из крупнейших агрохолдингов России

Как выяснил Forbes, лондонский суд заморозил активы Павла Скурихина, основателя группы САХО, некогда одного из крупнейших зернопроизводителей России. Что стоит за его тяжбой с ВТБ?

В середине декабря прошлого года основатель одного из крупнейших производителей зерновых в стране «Сибирского аграрного холдинга» (САХО) Павел Скурихин объявил о передаче компании в руки кризисному управляющему и выходе из бизнеса. Помочь холдингу, который входит в топ-10 крупнейших латифундистов российских сельхозземель (около 400 000 га), но последние три года балансирует на грани выживания, взялся ИФК «Метрополь».

В голосе и самого Скурихина, и руководства «Метрополя» звучала ободряющая уверенность в будущем российского агросектора, непрекращающемся росте спроса на продукты питания и колоссальных перспективах компании.

Однако, как выяснил Forbes, уже тогда на пути спасения САХО возникло непреодолимое препятствие: 4 декабря 2012 года по ходатайству одного из кредиторов группы — ВТБ Высокий суд Лондона заморозил активы Скурихина лично и двух английских компаний, бенефициаром которых он может являться. Именно поэтому «Метрополь» до сих пор не может управлять группой де-юре, а группа — получить возможность рефинансировать долги (всего около 15 млрд рублей) и изыскать средства на посевную.

Как лондонский суд помог прояснить структуру одной из самых закрытых компаний российского агросектора, продемонстрировав, что выращивание зерновых может мирно уживаться с окраской волос и массажем спины, — в расследовании Forbes.

ЗЕРНО УСПЕХА

О Скурихине известно не много. 40-летний бизнесмен родился в Магаданской области, окончил физико-технический факультет Новосибирского технического университета. Первый опыт работы получил в начале 1990-х на Сибирской товарной бирже, где торговал зерном и пестицидами. «Последние были особенно доходным бизнесом», — делится воспоминаниями Скурихин. Поэтому в начале 2000-го он с партнерами организовал в 350 км от Новосибирска цех по производству пестицидов. Испытания продукции и демонстрации для клиентов партнеры проводили на землях колхозов-банкротов и выведенных из оборота сельхозземлях, которые брали в управление. «Уже через два года мы помимо химического производства владели тремя хозяйствами в Новосибирской области, небольшим производством сельхозтехники и элеватором», — рассказывает бизнесмен.

Чтобы минимизировать риски, Скурихин решил разложить яйца по разным корзинам. Во-первых, приобрел сельхозактивы в других регионах — в Ростовской, Ульяновской, Тульской областях и на Алтае, во-вторых, начал производить хлеб и продавать его в собственной хлебной сети. «Если вывести за скобки низкомаржинальные «социальные» сорта хлеба, то продажа хлебобулочных изделий дает добавленную стоимость 15% на старых хлебозаводах, на новых же она доходит до 30%», — поясняет предприниматель.

К лету 2008 году группа САХО управляла одним из самых больших земельных банков страны — более 400 000 га в четырех федеральных округах, выпекала 56 000 т хлеба на собственных хлебозаводах. Весной 2008 года структуры САХО приобрели по 70% акций итальянских производителей хлебопекарного оборудования Bessanina и Meccanica Marcon, говорится на сайте компании. Как рассказывал Forbes в 2009 году сам Скурихин, оборудование понадобилось для сети мини-хлебозаводов — из 21 предприятий 13 были построены с нуля.

Скурихин не скрывает, что с момента основания САХО развивалась исключительно на банковские кредиты. «Тогда это было нормальным, — поясняет он. — Банки кредитовали на комфортных условиях, поэтому проблем с обслуживанием [кредитов] не возникало».

Везло и с погодой: с 2000-го по 2007 год (кроме 2003-го) Россия собирала в среднем около 81 млн т зерна в год. Такие объемы позволяли исключить падение внутренних цен, при этом обеспечить собственные потребности в зерне, а излишки экспортировать. То есть аграрии могли неплохо зарабатывать.

ПРОБЛЕМЫ У ГРУППЫ НАЧАЛИСЬ ОСЕНЬЮ 2008 ГОДА

Одним из основных кредиторов САХО был тогда Связь-банк, из-за банкротства которого САХО не удалось завершить инвестпрограмму. «Мы закупили оборудование для новых хлебозаводов, но не успели его смонтировать и запустить; купили земельные наделы, но не успели выкупить технику, чтобы начать их обрабатывать», — с огорчением вспоминает Скурихин. Сегодня из 17 недостроенных хлебозаводов 4 остаются готовыми на 90%, еще на восьми нужно лишь установить оборудование.

К тому же из-за кризиса банки взвинтили ставки до 19-24% против докризисных 12-14%, а рекордные урожаи зерновых два года подряд — в 2008 и 2009 годах — обрушили цены на внутреннем рынке.

Выжить удалось благодаря сговорчивости некоторых банков: в 2009 году основные кредиторы группы — Россельхозбанк, ВТБ и Сбербанк согласились на реструктуризацию. «20 месяцев нам удалось продержаться: мы совершили подвиг, продолжая исправно выплачивать драконовские проценты по кредитам», — констатирует Скурихин.

Последней каплей стала засуха 2010 года: группа потеряла половину урожая, а из-за введенного Россией эмбарго на экспорт зерновых вынуждена была продавать имеющееся зерно не по лучшим ценам, иногда ниже себестоимости. Допустив дефолты по облигационным займам, САХО оказалась на грани банкротства — на посевную попросту не было денег. Зато к тому времени как закончились деньги, у предпринимателя укрепились связи «наверху».

БОЛЬШАЯ ПОЛИТИКА КАК СРЕДСТВО СПАСЕНИЯ

Скурихин уверяет, что за ним «никто из сильных мира сего» не стоял. Один из основателей крупного российского агрохолдинга, работающий в отрасли более 20 лет, тоже говорит, что Скурихин сам себе бизнесмен и до 2009 года САХО оставалась обычной региональной компанией, «не более того».

Все изменилось, когда вскоре после назначения осенью 2009 года между министром сельского хозяйства Елена Скрынник и президентом старейшего лоббиста зерновой отрасли — Российского зернового союза Аркадием Злочевским возникло недопонимание по мелкому рабочему вопросу, рассказывает человек, знакомый с обоими.

Министр, как женщина вспыльчивая, «в отместку» создала альтернативу РЗС — Национальный союз зернопроизводителей. Его первое заседание состоялось 25 марта 2010 года, а президентом был избран Скурихин.

Как познакомились Скрынник и Скурихин, остается загадкой. Скурихин на эту тему предпочитает не распространяться. «С Минсельхозом у группы сложились хорошие отношения еще со времен Алексея Гордеева (министр сельского хозяйства в 2000-2009 годах. — Forbes). Когда Гордеева сменила Скрынник, удалось сохранить преемственность отношений», лаконично говорит бизнесмен. Злочевский отказался от комментариев по данной теме. Получить комментарий Скрынник не удалось.

На фоне неурожая 2010 года и проблем многих растениеводов, включая саму группу САХО, красной нитью всех выступлений Скурихина как президента союза стали призывы к руководству старых и крупнейших банков простить долги аграриям и дать еще денег на посевную. «Наиболее важным является создание механизма финансирования посевной с участием банков. Это жизненно необходимо из-за огромной закредитованности хозяйств, а, следовательно, невозможности обслуживания действующих и привлечения новых кредитов» — так Скурихин обозначил одну из первоочередных задач союза на 2011 год.

АГРОВТБ

После хорошего урожая 2011 года и открытия экспорта ситуация как будто начала налаживаться. «Хотя цены были невысокие, мы смогли начать рассчитываться по долгам, смогли нормально провести посевную», — вспоминает бизнесмен.

Но тут появилась новая проблема, с ВТБ. Как рассказывает человек, близкий к Минсельхозу и знакомый с ситуацией в группе, весной 2011 года несколько человек вышли на Скурихина и предложили в зачет долга перед ВТБ выкупить у него часть земель. Зачем банку понадобилась земля? Собеседник Forbes предполагает, что для ее последующей передачи собственному инвестподразделению в агросектор. В конце 2011 года руководитель управления прямых инвестиций «ВТБ Капитал» Тим Демченко рассказывал «Ведомостям» об идее создать инвестфонд, который бы приобретал активы обеспечивающие полный цикл производства зерновых — от выращивания до хранения, логистики и частичной переработки. «Но стороны не договорились по цене, поэтому сделка не состоялась», — говорит собеседник Forbes. Скурихин по данному вопросу от комментариев отказался.

Банк не интересуют активы САХО, парирует его представитель: «Что нам делать с этим добром?! Все, что нам нужно, — вернуть деньги, выданные компании». В итоге банк завалил компании группы исками. 23 иска поданы в Арбитражный суд Омской области, так как более года у компании имеется просроченная задолженность по кредиту. Аналогичное количество исков банк подал в центральный районный суд Омска о взыскании долга уже со Скурихина, поскольку он давал личное поручительство за всех заемщиков группы.

Сумму кредита в банке не называют, отмечая только, что группу банк профинансировал в конце 2007 года, заключив в общей сложности 40 кредитных соглашений. В базе Высшего арбитражного суда с конца 2011 года по настоящее время Forbes насчитал 17 исков ВТБ к компаниям группы на сумму 446,8 млн рублей. Все они частично или полностью удовлетворены судом на общую сумму 441,4 млн рублей. По одному из дел о взыскании задолженности со Скурихина решение суда также вступило в законную силу и может быть исполнено за счет как российского, так и зарубежного имущества бизнесмена, добавляет представитель ВТБ.

ЛОНДОНСКАЯ НАХОДКА

ВТБ решил не надеяться только на российскую фемиду и параллельно обратился в Высокий суд Лондона с требование заморозить активы Скурихина, а также двух английских компаний, связанных с ним. Обеспечительные меры потребовались, чтобы гарантировать исполнение Скурихиным и группой САХО обязательств перед банком, говорит представитель последнего. 4 декабря 2012 года суд требование удовлетворил (копия постановления есть в распоряжении Forbes).

Своим решением лондонский суд заморозил все активы Скурихина в Англии и Уэльсе, как и активы связанных с ним и группой САХО двух компаний, находящихся в английской юрисдикции: Pikeville investments LLP и Perchwell holdings LLP.

Как говорится в решении суда, сам Скурихин, Pikeville investments и Perkchwell Holdings не имеют права распоряжаться активами на территории Англии и Уэльса, стоимость которых менее £14 млн. Также он не имеет права снижать стоимость его бенефициарного интереса или право контроля в Pikeville investments и Perkchwell Holdings. Суд отдельно отмечает, что требование касается Скурихина, независимо от того, принадлежит ли ему доля в вышеназванных компаниях напрямую или каким-то иным образом.

Суд также постановил, что Скурихин может тратить «на будничные нужды» не более £3000 в неделю и вместе с двумя другими ответчиками — «разумную сумму» на адвокатов, предварительно уведомив представителя банка о происхождении этих денег. Бизнесмен отказался комментировать решение Лондонского суда, как и уточнить, подавала ли его сторона апелляцию.

Как заморозка активов компаний с английской пропиской отложила на неопределенный срок сделку с «Метрополем»? Perchwell holdings принадлежит 100% долей в кипрском офшоре Tunnelson holdings limited, на который оформлены основные активы группы САХО.

За Pikeville investments числятся, по-видимому, непрофильные активы группы. Например, три виллы вблизи одного из самых дорогих итальянских городов — Болоньи, а также 100% долей в Paradis de Beaute SRL.

По данным реестра юридических лиц Болоньи, компания управляет одноименным салоном красоты, расположенным недалеко от центра Болоньи. «Центр Paradis de Beaute — подлинный путь в мир роскоши, отдыха и ухода за телом и душой», сказано на его сайте. Салон состоит из двух комнат для водных процедур, парикмахерского зала, кабинета косметологии, зоны ожидания и террасы. Как утверждал представитель банка в суде, салон принадлежит жене Скурихина.

Другим открытием благодаря Лондонскому суду стала еще одна стопроцентная «дочка» Pikeville investments — ЗАО «Группа САХО». По данным СПАРК, среди ее учредителей и собственников с долей 33,3% значится Павел Бальский, член совета директоров СМП-банка и президент Национального союза ветеранов дзюдо. Обе организации возглавляет давний друг Владимира Путина Аркадий Ротенберг. Официальный представитель Бальского заявил Forbes, что тот был совладельцем группы, однако вышел из бизнеса, продав свой последний актив в 2011 году. По словам собеседника, сейчас Бальского с САХО ничего не связывает, а с банком СМП он начал сотрудничать уже после агропроекта. Однако, согласно документам банка, в совете директоров последнего Бальский с июня 2010 года.

ЧТО ДАЛЬШЕ

Руководитель департамента корпоративных финансов ИФК «Метрополь» и председатель совета директоров группы САХО Сергей Солоусов подтверждает, что сделка между «Метрополем» и группой не может быть закрыта из-за санкций лондонского суда. Он добавляет, что компания ведет переговоры в банком о реструктуризации долга группы (около 1,5 млрд рублей). «Мы готовы к диалогу и настроены найти компромисс», — подчеркивает Солоусов. Представитель ВТБ, напротив, «констатирует абсолютное нежелание САХО предпринимать какие-либо шаги по урегулированию проблемной задолженности перед банком».

«Стратегически выстроенная модель компании, заключавшаяся в виде вертикальной интеграции и ее региональной диверсификации, оказалась верна, — по-прежнему убежден Скурихин. — Единственный минус — дорогие кредиты, на которые мы затеяли модернизацию». Он на минуту задумывается и добавляет: «А ведь альтернативы-то нет и не было». Но все равно ее придется искать: если группа не найдет денег на посевную, то, по-видимому, в арбитраж придется обращаться уже ей самой. С заявлением о собственном банкротстве.