А. Злочевский: эмбарго на экспорт зерна надо было вводить аккуратнее

А. Злочевский: эмбарго на экспорт зерна надо было вводить аккуратнее

Президент Российского зернового союза Аркадий Леонидович Злочевский дал интервью "Радио России".
С 15 августа Россия ввела эмбарго на экспорт зерна. Продлится запрет до конца года и должен защитить внутренний рынок от последствий чудовищной засухи. Какие последствия будет иметь этот запрет?

- Скажите, действиетльно ситуация настолько катастрофическая, что понадобилось такое срочное введение эмбарго на экспорт зерна?
Аркадий Злочевский: Ничего катастрофичного с точки зрения снабжения российского населения и потребности России в зерне нет. Есть всего лишь довольно резкие снижение всех прогнозных показателей по валовому сбору, связанное с засухой. Засуха действительно катастрофическая, такой не было за всю историю метеонаблюдений. И она, конечно, довольно сильно сказалась на результатах сбора урожая. Мы планировали получить неплохой урожай. Начальные прогнозы строились вокруг 95 – 97 миллионов тонн; сейчас они снижены до 60 – 65. Наш прогноз чуть выше – 65-67. Сейчас уже взяли с полей 39 миллионов тонн, а убрали 48% площадей. Но дальше из-за засухи урожайность будет снижаться. Тем не менее, никаких проблем с внутренним снабжением не возникнет.

Власть приняла решение об эмбарго, чтобы не вывозили зерна слишком много, в качестве превентивной меры. Не случайно оно будет действовать только до конца года: когда будет окончательно подведен итог жатвы, станет понятно, можно ли эмбарго снять.


- А что, есть реальные возможности вывезти слишком много зерна?

Аркадий Злочевский: Да. И их немало. Инфраструктура в последние годы развивалась, и сейчас потолок по экспорту – 4 миллиона тонн зерна в месяц. При том, что в начале нынешнего века речь шла о пяти миллионах тонн в год.


- Сколько стран в результате этого эмбарго недополучат или не получат совсем российского зерна?

Аркадий Злочевский: География очень широка. У нас в партнерах уже более 60 стран, но там разные объемы и разные ситуации. Большая часть из этих 60 стран получают коммерческие поставки, но есть ряд стран, которые проводят государственные тендеры для закупок и обеспечения собственных нужд. В числе таких стран – крупнейший в мире потребитель зерна и крупнейший наш партнер – Египет. Из 8 миллионов тонн в прошлом году он почти 6 миллионов купил у нас. Вот они сейчас очень озабочены и даже просили отменить эмбарго. На момент его объявления Египет успел законтрактовать 540 тысяч тонн, которые не исполнены. И репутационные риски, связанные с этим эмбарго, существенно влияют на имидж России. То есть мы выпали из состава надежных поставщиков, куда входили все последнее время.


- И как это отразится в дальнейшем на внешней торговле?

Аркадий Злочевский: Отразится, прежде всего, на стоимости наших продаж: потребители предпочтут брать более дорогое зерно, но из надежных источников – у французов, немцев, американцев, - предпочитая его нашим поставкам. И репутацию надежного поставщика придется долго и трудно восстанавливать.


- А сколько лет Россия завоевывала репутацию надежного поставщика?

Аркадий Злочевский: Как минимум, пять лет.


- То есть введение эмбарго отбросило репутацию России на пять лет назад?

Аркадий Злочевский: Да. Мотивы правительства понятны – накормить сначала страну, а потом уже остальной мир. Но всё то же самое можно было сделать гораздо более аккуратно. Не надо было так поспешно вводить. Надо было, во-первых, предупредить мир о том, что мы планируем это сделать, чтобы они перестали на нас рассчитывать, то есть дать некий временной лаг. А 5 августа объявить запрет не с 15 августа, а с 1 сентября. И тогда все проблемы были бы решены. И тогда те же 540 тысяч тонн Египту можно было спокойно продать. Но что сделано – то сделано, назад хода нет. И придется разбираться с новыми проблемами.
Резкое введение эмбарго породило проблемы и внутри страны. На момент объявления эмбарго (5 августа) на экспортных элеваторах находилось 700 тысяч тонн зерна. Это зерно, которое может быть отгружено только на борт судна. Его обратно выгрузить невозможно. Все, что не успели отгрузить до 15 августа, "зависнет" на этих элеваторах. А они не приспособлены для длительного хранения. То есть зерно может просто испортиться. Эту проблему, которая раньше никогда не возникала, придется как-то решать, а это и затраты, и большие усилия.
Еще одна технологическая проблема связана с транспортировкой хлеба. 5 августа 1900 вагонов зерна находилось под выгрузкой в Новороссийском порту, еще 750 вагонов – в Туапсе, и 2900 вагонов были на пути к портам. Это 360 тысяч тонн. И после объявления эмбарго стало понятно, что все их не удастся обслужить. РЖД уже 6 августа объявила конвенцию (запрет) на отгрузку зерна в адрес портов. "Из этих 360 тысяч тонн "на колёсах" что-то успело разгрузиться, а что-то нет и теперь будет переадресовываться. А сделать это можно только при наличии конкретного получателя, то есть нового покупателя. Вагоны с зерном пошли в отстойники, на запасные пути, и их простой в ожидании новых сделок будет стоить ежедневно немалых денег. А займет такая логистическая операция не меньше месяца", - поясняет эксперт.
Кроме того, эмбарго кардинально поменяло ценовую ситуацию. В Центральном округе и в Поволжье уже произошло снижение цен на зерно и муку. И цены продолжают снижаться, хотя до этого росли. Цена "южного" зерна рассчитывается из условия близости портов, а если теперь из этих портов вагоны придется гнать на север, потери южан будут очень велики. Кроме того, разворот экспортных потоков на внутренний рынок опустил цену на зерно в том числе и в районах-"погорельцах", где она только-только начала подбираться к себестоимости – 6 тысячам рублей за тонну. И если южане еще выдержат ценовой прессинг (у них низкая себестоимость пшеницы благодаря хорошим урожаям), то крестьяне Центральной России останутся внакладе.

Последние новости